Москва: Басманная слобода и её достопримечательности

В семнадцатом веке русские пекари изготавливали великолепные хлеба-басманы, предназначавшиеся государственным служащим и имевшие на себе рельефные клейма. Указом государя пекарей переселили в область села Елохово – так родилась Басманная слобода.

Некогда она была крупнейшей дворцовой слободой Москвы, украшенной Сретенской церковью и величественным особняком Михаила Голицына. Кстати, имение князя оказалось самым старым, так как в процессе реставрации под штукатуркой обнаружили кладку аж четырнадцатого столетия. Это дало все основания полагать, что историки наткнулись на Путевой дворец великого московского князя Василия II, которого в народе прозвали Тишайшим.

Впоследствии Голицын перебрался в более респектабельный Демидовский дворец на Новой Басманной. У самого же Петра Демидова было владение и на Старой Басманной – огромная усадьба, сменившая множество владельцев. У Демидова её приобрел вице-канцлер Куракин, в девятнадцатом веке в ее стенах расположился Константиновский межевой институт, чьим первым директором был небезызвестный писатель Сергей Аксаков. Под конец века в особняк переехало Александровское коммерческое училище, членами попечительского совета которого состояли меценаты братья Третьяковы.

Если дворец Демидова-Куракина поражает размерами, то приютившийся рядом двухэтажный розовый особняк с белыми колоннами напоминает маленькую загородную усадьбу. Судьба уютного домика тоже кочевала из рук в руки: от купчихи Лопушкиной к прусскому гражданину Карлу Юстусу Гекману, превратившему участок в меднокотельный завод. Однако, из-за его нахождения в плотном соседстве с жилыми домами, власти закрыли цеха во избежание пожаров.

Другим соседом куракинского имения является усадьба знаменитых декабристов Муравьевых-Апостолов. Многократно перепроданная, она в итоге досталась Александре Волконской, жене кн. Юрия Волконского. Дом был перестроен в стиле позднего классицизма, каковым он и является нам сейчас: ротонда, белоснежный цоколь, колонны и барельефы на шестиколонном портике.

Трое сыновей Ивана Муравьева-Апостола — литератора, сенатора, члена РАН — стали одними из руководителей восстания декабристов, что привело к семейной трагедии. Одному была уготована виселица, второй застрелился, третьего отправили на каторжные работы.

Особняк продали и он стал жильем для девочек в Ведомстве детских приютов императрицы Марии. В двадцатом веке нарком просвещения Анатолий Луначарский мечтал создать в нем музей декабристского восстания, но осуществилась его задумка лишь через 60 лет в виде филиала Государственного музея истории. В 1991 г. над парадной лестницей внезапно обвалился потолок, и музей срочно закрыли.

Как это часто происходит в нашей стране, нашлись другие заботы, и финансирование реставрационных работ прекратили. Дом разрушился еще больше.

Так и потеряла бы столица один из ценнейших своих архитектурных памятников, если бы не потомок тех самых Муравьевых-Апостолов, ныне гражданин Швейцарии. Он взял особняк в долгосрочную аренду, обязуясь его отреставрировать.

У многих московских архитектурных шедевров нелегкий жизненный путь. Такой он сложился и у желтого, двухэтажного, недавно отреставрированного особнячка с мемориальной доской, сообщающей о посещении его Пушкиным. Это дом Василия Львовича Пушкина – дяди поэта. Он не единожды горел, но восстанавливался вновь, к концу двадцатого столетия обветшал настолько, что находился в катастрофическом состоянии. Лишь в 1998 году правительство передало особняк Государственному музею имени Пушкина, но, по уже сложившейся традиции, открыть его смогли только в 2013 году.

Если пройти 100 метров от дома Василия Львовича до пл. Разгуляй, увидим соединение Старой Басманной с Новой, украшенной доходными домами девятнадцатого – начала двадцатого столетия и церковью святых Петра и Павла, построенной по чертежам Петра Великого. Особо следует отметить лишь одно здание – псевдоготический дворец золотопромышленника Николая Стахеева, а в народе – дом Кисы Воробьянинова.

После революции Стахеев эмигрировал во Францию, оставив все свои прииски и другое имущество. Не умея жить впроголодь, купец в 1918 г. возвратился в свой старый особняк за спрятанными драгоценностями. Дом уже был национализирован Наркоматом, и бывшего хозяина тут же скрутили дружинники-железнодорожники и доставили на Лубянку. Стахеев предложил чекистам сделку: тайники с деньгами и драгоценностями на билет до Парижа. История говорит, что условия сделки были строго соблюдены.

Среди коренных жителей ходит байка, что Стахеев всю эту историю поведал журналистам «Гудка», неким Ильфу и Петрову, перо которых впоследствии создало настоящий шедевр «Двенадцать стульев».

Любят этот дворец и кинематографисты. Например, здесь были сняты некоторые сцены из «Семнадцати мгновений весны», в том числе встреча Штирлица с Борманом у камина.

Туры в Москву для детей и взрослых: https://bontour.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Нажимая кнопку ОТПРАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ, Вы подтверждаете согласие на обработку персональных данных